Культпросвет вместо науки – так решило Министерство культуры

13 января министр культуры Е.Нищук подписал приказ №22 «Деякі питання діяльності державних та вищих навчальних закладів, що перебувають у сфері управління Міністерства культури України».

В первом пункте документа министр приказывает: Национальному центру театрального искусства им. Леся Курбаса, Украинскому центру культурных исследований, Научно-исследовательскому институту памятникоохранных исследований подать в министерство на утверждение до 20 января 2017 г. новые редакции уставов организаций с определением их функций как культурно-просветительских, а также подать  проекты штатных расписаний и расчеты к ним в пределах предусмотренных бюджетных ассигнований.

На то, чтобы эти организации избавились от научных функций (сделали сами себе «харакири» – уволили ученых и наняли затейников), отводится аж... 7 дней. До выдачи приказа Нищук и его замы ни с кем его не обсуждали - демократические процедуры не были соблюдены.

26 января, после протеста Центра Леся Курбаса, Нищук объяснил свою позицию тем, что так его заставили поступить ВР и Кабмин, распорядившись финансировать вместо научных организаций Минкультуры культурно-просветительские. Это сомнительно, т.к. предложения по финансированию вносит в Кабмин само министерство (это входит в его функции) и то, что считает необходимым, обычно отстаивает. 

Кроме того, известно, что Минкультуры финансировало научные госучреждения всего на треть фонда их заработной платы, остальное – работа по договорам. Общая сумма «экономии» бюджета при переводе научных госучреждений на культурно-просветительские функции составит примерно 3 млн грн – на все три организации!

Сравним: в госбюджете на 2017 г. предусмотрено около 899 млн грн на государственную поддержку национальных театров и 537, 4 млн грн – на финансовую поддержку национальных художественных коллективов, концертных организаций и их дирекций, национальных и государственных цирковых организаций! Цифры несопоставимые! Тогда, что означает этот приказ?

Наука и Минкультуры

Чем занимаются три научные госорганизации сегодня, смотрим на сайте Минкультуры.

Центр Леся Курбаса  создан в 1994 г., в его структуре имеется три подразделения – научно - исследовательское, культурологическое, театральные поисковые лаборатории.

Украинский центр культурных исследований  отмечает в своей структуре 4 отдела: культурной политики, регионального культурного развития, законодательных разработок и проблем финансирования культуры, инновационных технологий и популяризации культуры + ученый совет.

Научно-исследовательский институт памятникоохранных исследований  был создан в 1995 г. для ведения научной и научно-технической деятельности, разработки научно-исследовательской документации для сохранения культурного наследия: историко-архитектурных опорных планов исторических городов (их насчитывается 401 и лишь половина имеет такую документацию), проектов организации территорий историко-культурных заповедников, проектов реставрации и консервации памятников архитектуры, научно-методических разработок, экспертизы документации, популяризации разработок (издание научных статей, сборников, монографий) и др. Институт осуществляет научное сопровождение формирования Государственного реестра памятников. В институте действует ученый совет.

Культпросвет и общественная мораль

Понятно, что научная и культурно-просветительская деятельность резко отличаются друг от друга. В конце XIX - начале ХХ ст. ею занимались различные общественные организации, стремясь в условиях недоступности информации и просвещения для широких слоев населения, хоть каким-то образом доносить их людям. Эту тенденцию подхватила советская власть и начала активно развивать, прежде всего, в политических целях.

Культпросвет (сокращенно от Культурно-просветительский отдел) — органы исполнительной власти в РСФСР и, позднее, в СССР, ведавшие вопросами культуры и просвещения. Отделы Культпросвета создавались при местных Советах рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, а также в партийных структурах, на предприятиях, в вооруженных силах и в общественных организациях. Работники Культпросвета проводили беседы, лекции, доклады, спектакли, концерты, тематические вечера, читательские конференции. Направления деятельности: формирование коммунистического мировоззрения; трудовое воспитание; нравственное и эстетическое воспитание; организация художественной самодеятельности и т.д. 

И что? Это возвращается? Надеюсь, формирования коммунистического мировоззрения не будет хотя бы?! В министерстве есть и другие признаки возвращения ТУДА.

13 января в Минкультуры обсудили вопросы осуществления общественного контроля соблюдения требований в сфере защиты общественной морали со стороны творческих союзов.

Замминистра С.Фоменко намерена обеспечить финансирование такого контроля. Минкультуры также собирается утвердить персональный состав Экспертного совета по вопросам общественной морали с целью разработки критериев продукции, которая имеет порнографический характер. Проводили это заседание два замминистра – С.Фоменко (Иняз, евроинтегратор!) и Т.Мазур (юрист).

Светлана Фоменко

С Фоменко я не знакома, но вот у Мазур, которая заявляет, защищая незаконные стройки, что жители разрушающихся домов ее не интересуют, явно что-то не в порядке с общественной моралью.

Тамара Мазур разговаривает с общественными активистами на министерском пороге

Мы что, в век развития интернета (информационного бума!) возвращаемся на 100 лет назад?! Все достижения науки в сфере культуры за прошедший период игнорируются? Сегодня создается впечатление, что Нищук, Фоменко и Мазур, не будучи компетентными в сферах, которые обязаны опекать, решили опустить подведомственные научные учреждения до уровня своей некомпетентности – до культпросвета и, как довесок - борьбы с общественной моралью. Наверное, такой видят свою функцию в обществе.

Научные Центры заявляют о некомпетентности управленцев

В журнале «Музейний простір»  Максим Левада (Украинский центр культурных исследований) пишет: «Зрозуміло, Мінкультури є лише частиною великого державного та суспільного механізму. З усіма його проблемами, головною з яких наразі стає некомпетентність. Але є і пряма відповідальність міністра як посадовця та як політичного діяча».

Директор Центра Леся Курбаса Нелли Корниенко намерена создать БЛОК-ПОСТ по защите от посягательств чиновников Минкультуры на свободу и достоинство Центра.

Ее заместитель - Оксана Танюк в своей публикации в ФБ утверждает, что руководство министерства продолжает работу по уничтожению Центра, начатую при В.Януковиче, когда были попытки отобрать помещение у Центра, «подарив» его Януковичу-младшему. Логику нынешних чиновников она называет «совково-феодальной».

26 января в Украинском кризисном медиа-центре прошла пресс-конференция на тему: Министерство культуры уничтожает Национальный Центр театрального искусства имени Леся Курбаса. Что стоит за намерениями министерства ликвидировать ведущую инновационную организацию, которую создавали основатели независимости? 

Зачем перепрофилируют НИИ памятникоохранных исследований?

Приказ министра Е.Нищука №22 от 13 января 2017 г. коснулся и Научно-исследовательского института памятникоохранных исследований. Этот институт так же, как и вышеупомянутые Центры, по мнению министра, должен стать культурно-просветительским учреждением: культпросветфункция должна стать основной в деятельности института, а его нынешняя научная функция (разработка историко-архитектурных опорных планов городов, проектов реставрации памятников архитектуры и пр.) – сопутствующей, попадающей в категорию «предоставления платных услуг».

Что же станет основной? Читать лекции о роли культурного наследия? Или о том, что высотки в Киеве и других городах – это веление времени и вовсе не так уж портят исторические города (раз Минкультуры согласовывает их проекты)? Или формировать общественное мнение о том, что ветхие памятники проще снимать с учета, а на их месте стоить жилые комплексы?

Тема охраны памятников мне, до недавнего времени члену Научно-методического совета Минкультуры особенно близка. 

На институт возлагались большие надежды как на ведущий и единственный НИИ Минкультуры в сфере охраны памятников. Не забываем: Минкультуры является центральным органом охраны культурного наследия, и институт как разработчик памятникоохранной документации – важный научно-методический инструмент реализации государственной политики в сфере охраны. Другого нет!

Директор НИИ Ольга Пламеницкая провела собрание трудового коллектива института, который выразил несогласие со столь поспешным и необоснованным решением министерства. А ведь институт видел свое будущее совершенно иначе! На международной конференции 10 декабря 2015 г., посвященной 20-летию его создания, коллектив выступил с инициативой о переименовании учреждения в Украинский НИИ культурного наследия имени Николая Макаренко, украинского историка, искусствоведа, археолога, расстрелянного НКВД.

Институты культурного наследия существуют во многих странах мира. Инициатива была поддержана , и 18 февраля 2016 года министр культуры В.Кириленко издал приказ о переименовании института в Украинский НИИ культурного наследия имени Николая Макаренко (приказ до сих пор не отменен!).

Приказ Кириленко о переименовании института

Оставалось утвердить новый устав института, поданный министру в марте 2016 г. Не успели – в апреле пришла новая команда. Летом 2016 г. профильный замминистр Тамара Мазур вскользь обронила фразу «Я еще не определилась с функционалом института».

Это был первый тревожный звонок. В октябре министерство организовало проверку деятельности института. Но институт продемонстрировал свою научную и хозяйственную самостоятельность и одновременно вторично подал министерству обоснование на реорганизацию в НИИ имени Н.Макаренко – устав и штатное расписание.
И вот – итог.

Почему же возникло такое спешное решение – перепрофилировать единственный научно-исследовательский институт Минкультуры в рядовую культпросветорганизацию?

В любой малопонятной ситуации следует задать вопрос: кому это выгодно? Ответ на него позволит понять причины и мотивы действий Минкультуры.

В последнее время обострилось общественное напряжение в памятникоохранной сфере. Министерством подписываются корупционные ИГО, согласовываются разрушающие историческую среду проекты. Замминистра культуры Мазур берет на себе смелость, не будучи профессионалом в сфере охраны исторической среды, принимать решения без профессионального обсуждения и рассмотрения на Научно-методическом совете. Чем она руководствуется? Своим личным вкусом (может или не может стоять «Черный театр» на территории памятника градостроительства – Андреевском спуске; испортит или не испортит историческую среду высотка на ул. Мечникова, 11а)? Но это же не вопрос вкуса!

Почему-то профессиональные вопросы намеренно выводятся из профессиональной сферы, уходят в тень, а замминистра говорит: «Покажите мне закон, по которому я не имею права это подписывать?!»?

Приведенные примеры - лишь верхушка айсберга, уходящего в недра Минкультуры. Мы не знаем, сколько реально согласований и на какие объекты выдала профильный замминистр по охране наследия госпожа Мазур, которая открыто заявила, что вопросы градостроительства ее не интересуют, это, дескать, функция не Министерства культуры, а Министерства регионального развития. Значит, министерству не нужны свои разбирающиеся в этих вопросах профессионалы! А они сегодня работают в институте.

В 2015 г. институтом была разработана Концепция и структура нормативно-методической базы в области охраны и сохранения недвижимых памятников культурного наследия, где было дано видение системы нормативов и обоснована структура и содержание нормативной базы.

Именно такой системы нормативов сейчас не хватает: памятникоохранная деятельность выглядит как непродуманная и хаотичная, а принимаемые решения – часто непонятными общественности и необоснованными. Но этот документ канул в Лету. Госпожа Мазур спросила: «А зачем все это нужно?». Несложно понять, что институт просто неудобен министерству. Проще и удобней, когда опорные планы городов и прочие работы будут разрабатываться частными структурами (т.е. выведены в тень) и согласовываться министерством.

Вопрос: что произошло с Историко-архитектурным опорным планом Киева, разработанным институтом и переданным заказчику в ноябре прошлого года? Те, кто знает историю его разработки, помнят, что прежний опорный план, согласованный в 2011 г. министром Кулыняком, был отменен министром Нищуком в 2014 г.

Институт подталкивали к его скорейшему завершению, определяя немыслимые сроки (две недели, два месяца!). Институт выстоял, переделав опорный план в 2015–2016 гг. на научной основе и выдал документ, дающий Киеву путь к сохранению наследия. Но как только была завершена его разработка, Министерство культуры потеряло к нему интерес. Вот уже второй месяц он не выносится на рассмотрение Научно-методического совета. Из некоторых источников мы получили объяснение причин такого промедления: идет ревизия положений опорного плана и тех согласований, которые ранее выдали чиновники министерства. Работа, очевидно, проводится кропотливая!

А одновременно министерство лицемерно обсуждает пути устранения коррупционных рисков в сфере охраны культурного наследия при выдаче разрешительных документов в сфере градостроительства и землеустройства.

Итак, вместо того, чтобы дать институту возможность доложить опорный план на Научно-методическом совете и принять необходимый для разработки генплана Киева документ, министерство затеяло реорганизацию института в культпросветное учреждение. Очевидно, после завершения реорганизации института, т.е. после исчезновения юридического разработчика опорного плана, с этим документом начнут происходить метаморфозы – и вопросы задавать будет некому. Ну какое отношение к градостроительной документации будет иметь культурно-просветительский центр?

Институт в нынешнем качестве министерству мешает. Этот вывод напрашивается из всей предшествующей за период с апреля 2016 г. деятельности министерства и его Научно-методического совета, работа которого постоянно сопровождается скандалами. Ранее таких скандалов не было, т.к. совет работал открыто и гласно.

Министерство в лице курирующего сферу охраны наследия профильного замминистра Мазур насаждает свое видение «охраны» и убирает с пути профессионалов. Под прицелом госпожи Мазур – государственный, единственный и последний оплот памятникоохранной науки в министерстве и в стране – Научно-исследовательский институт памятникоохранных исследований.

На приказ министра Нищука отреагировал Национальный союз архитекторов Украины, который обеспокоен тем, что ликвидируя институт как научное учреждение, Минкультуры заведомо лишает себя возможности реализации важных памятникоохранных функций, создавая корупционный фон в сфере охраны культурного наследия.

Письмо НСАУ

Развивая эту мысль, спросим чиновников Минкультуры: вслед за этим приказом последуют изменения в Положение о министерстве? Ведь часть прописанных там задач по охране культурного наследия просто некому будет выполнять!
Занавес…

Итак, поспешное решение Минкультуры очевидно. Необходимость изменения функционального назначения научных центров не обоснована. Риски от такого решения не учтены. Демократические процедуры не соблюдены. Очевидно, что истинные мотивы действий чиновников по отношению ко всем трем научным центрам нужно искать за занавесом театральной сцены Минкультуры.
«Ні корупції!» попытается приподнять этот тяжелый занавес.

Ирина Карманова, для "Ні корупції!"