«Сепаратисты думали, что убили меня — пули летели в сердце»

"Вот эта пуля насквозь прошила мне грудную клетку»

Известного украинского адвоката Игоря Чудовского в Луганске похитили и расстреляли террористы. Он чудом остался жив. На днях Игорь, выписавшись из больницы, с семьей и сотрудниками приехал в столицу.

Об адвокате из Луганска Игоре Чудовском «ФАКТЫ» писали не раз. Он участвовал во многих громких судебных процессах и часто помогал героям наших публикаций. Когда начались события на киевском Майдане, адвокат тоже не остался в стороне — вышел на центральную площадь Луганска, где вместе с протестующими стоял каждый день. Одновременно отправлял гуманитарную помощь столичному Майдану.

Еще в декабре Чудовский заявил, что в Луганске его активность многих не устраивает. Адвокату сожгли машину, стали поступать недвусмысленные угрозы.

А когда в городе начались настоящие военные действия, Игоря Чудовского в самом центре города расстреляли сепаратисты.

«Когда я под дулами автоматов садился в машину, милиционеры посмотрели на это и… уехали»

Около пяти часов вечера возле центральной площади Луганска на светофоре остановился черный «Лексус». В салоне сидели адвокат Чудовский и трое вооруженных террористов в балаклавах. Неожиданно дверь со стороны водителя открылась. Чудовский попытался выскочить из салона. Раздался выстрел. Затем еще один. Раненый адвокат упал на дорогу.

— Хотя мне дважды выстрелили в грудь, сознания я не потерял, — вспоминает Игорь Чудовский— Боль была адская. Казалось, внутри все разорвалось. Я не мог встать. Закружилась голова, из-под меня как будто начал уходить асфальт. Понимал, что лежу на проезжей части и меня сейчас могут переехать, но на то, чтобы отползти к обочине, не было сил. Потом подошли боевики. Взяли меня за обе руки и потащили обратно в машину. Это был мой автомобиль.

Все началось с похищения средь бела дня в самом центре Луганска. К офису Игоря Чудовского подъехали вооруженные мужчины в балаклавах и перекрыли дорогу его машине.

— Они заявились не ко мне, — продолжает Игорь. — Это для местных властей, которые поддержали террористов, я был как бельмо на глазу. А боевики не местные, меня не знали. Собирались захватить здание предприятия, которое находится по соседству с моим офисом. Но в результате перекрыли дорогу моей машине. Понимая, что к офису, куда мне срочно нужно было попасть, не подступиться, я вежливо попросил одного из вооруженных мужчин дать мне проехать. Но они, не обращая на меня никакого внимания, подошли к стоявшему неподалеку милиционеру.

Сотрудников милиции, кстати, абсолютно не смущало, что какие-то люди с автоматами в масках захватывают здания. Еще в марте, когда только начинались все эти события, мы поняли: большинство милиционеров заодно с сепаратистами. Некоторые потом даже присягнули так называемой Луганской народной республике. Другие вроде бы служили нашему государству, но общались с боевиками, как с друзьями, здоровались с ними за руку.

Так было и в этот раз. Как мне потом рассказывали очевидцы, сотрудник милиции сказал: «Так это же Чудовский, адвокат „Правого сектора“! Хватайте его!» В следующую секунду террористы закричали: «Стоять! Ты Чудовский?» Я утвердительно кивнул. «Ты адвокат „Правого сектора“?" — последовал еще один вопрос. Я подумал, что это какая-то шутка. Во время Майдана меня как только не называли: и фашистом, и бандеровцем. Однако в ряды „Правого сектора“ еще не записывали.

„Сейчас садишься в наш автобус, — приказали бандиты. — Командир приказал“. „Но это ваш командир, а не мой, — сказал я, стараясь сохранять спокойствие. — Мне нужно в офис и я никуда с вами не поеду“. Тогда четверо мужчин попытались заломить мне руки за спину. Не получилось — я раньше занимался борьбой и смог им противостоять. Правда, убежать или пройти в офис все равно не смог — вооруженные мужчины окружили меня со всех сторон: „Все равно поедешь с нами, командир приказал — на твоей машине“.

Поняв, что деваться некуда, адвокат согласился. Надеялся, что по дороге сможет что-нибудь придумать.

— Или попытаться как-то с ними договориться, — объясняет Игорь Чудовский. — Хотя бы убедить, что я не имею никакого отношения к „Правому сектору“. Мне приказали сесть за руль, сами заняли пассажирские места. Вокруг было много сотрудников милиции, все происходило у них на глазах. Но когда я под дулами автоматов (!) садился в „Лексус“, милиционеры посмотрели на это и уехали.

За жизнь адвоката боролись три бригады врачей

— По дороге я пытался разговорить бандитов, — рассказывает Игорь Чудовский. — Надеялся, что смогу найти к ним подход и меня отпустят. Но террористы на контакт не шли. Я спросил, что им от меня нужно. „Командир сказал отвезти тебя на телевидение, — заявили. — Там будет прямой эфир, и мы сообщим, что именно ты должен будешь сказать на камеру. Мы тем временем поедем в здание УВД“.

Я судорожно пытался сообразить, что делать. Рискнуть кому-то позвонить? Выпрыгнуть из машины на ходу? Когда мы остановились около центральной площади на светофоре, сказал: „На предательство не пойду и выступать на телевидении не буду. Вы меня не нанимали, у вас есть свои ораторы. А я выйду прямо здесь“. С этими словами открыл двери. Но успел сделать всего один шаг — в следующую секунду раздались выстрелы…

Когда лежал на дороге, подбежавшие четверо захватчиков опять направили на меня автоматы. „Дважды не стреляют, — сказал я, собравшись с силами (ужасно болела грудь и каждое слово давалось с трудом). — Мне еще нужно детей воспитать“. Тогда меня затащили на заднее сиденье моей же машины и куда-то повезли.

Остановились около здания телеканала, на котором я должен был выступать. Там было еще больше вооруженных бандитов и милиционеров. Я истекал кровью, вот-вот мог потерять сознание. Ко мне подошли два сотрудника милиции. „Позвоните моей жене, — попросил я. — Мне срочно нужно в больницу“. По памяти продиктовал им номер Иры. К счастью, милиционеры мою просьбу выполнили.

— Я тут же поехала к мужу, — вспоминает Ирина Чудовская— Вооруженные мужчины в балаклавах долго не хотели к нему пускать. К тому времени я договорилась с врачами из областной больницы — нас уже ждали. Что я там устроила! Начала кричать, чуть ли не драться. Когда все-таки прорвалась к Игорю (боевики, очевидно, сами опешили от моего крика) и его погрузили в „скорую“, захватчики снова перегородили дорогу. „Куда вы его везете?“ — стали допытываться. Соврала, что едем в четвертую больницу, а сами повернули совсем в другую сторону.

— Если бы не Ира, я бы сейчас с вами не разговаривал, — тяжело вздыхает Игорь Чудовский. — Что там происходило, помню плохо, но крики жены слышал отчетливо. Врачи хлопали меня по щекам и говорили: „Не спать! Если закроете глаза, мы вас потеряем!“ В грудной клетке пекло, как будто там все горело. В больнице я отключился.

За жизнь расстрелянного адвоката боролись три бригады врачей. Сложнейшая операция длилась более шести часов.

— Сидя под операционной, я чуть не сошла с ума, — вздрагивает от пережитого Ирина.— Врач сразу сказал, что муж „очень тяжелый“. Если бы мы привезли его на полчаса позже, Игорю никто бы уже не смог помочь. Обе пули попали в левую лопатку. Одна отрикошетила и пробила мужу шею и щеку, а вторая вошла внутрь, разорвав ребра и легкие. Началось сильное внутренне кровотечение. Обычно с такими ранениями не выживают. „Это удивительно, — выйдя из операционной, сказал хирург. — Одна пуля прошла в полутора сантиметрах от сердца, вторая — в сантиметре от аорты“.

Игоря оперировали лучшие хирурги области. Они работали в горячих точках и каких только ранений не видели! Но наш случай даже их поразил. Левое легкое было разорвано — Игорь мог умереть в любую секунду. Однако правое легкое, как сказали врачи, поразительно долго смогло „обслуживать“ весь организм. Может быть, благодаря тому, что муж спортсмен?

„По улицам Луганска ходят вооруженные чеченцы и хватают всех, кого захотят“

Даже после успешно проведенной операции медики не давали никаких гарантий. Игорь Чудовский впал в кому. Некоторые СМИ даже успели его похоронить. Но через три дня адвокат пришел в себя.

— Врачи были счастливы не меньше, чем я, — голос Ирины дрожит. — Внутренние органы мужу собирали по частям, как мозаику. Во многих больницах на таком пациенте поставили бы крест, здесь же врачи сутками боролись за его жизнь. Не взяли с нас ни копейки, сами нашли донорскую кровь. В течение 72 часов Игорю нужно было ввести сыворотку, препятствующую развитию гангрены после огнестрельных ранений. Хирурги обзвонили всех знакомых — в нашем регионе этой сыворотки не было. Помог знакомый милиционер, к счастью, не все они продались бандитам. Благодаря этому человеку нам привезли препарат из Киева. Состояние мужа оставалось очень тяжелым, но я верила, что он выживет.

— Как потом сказали врачи, мой организм изо всех сил боролся за жизнь, — говорит Игорь Чудовский. — Я все эти три дня ничего не чувствовал. Как будто просто спал. Очнувшись, попробовал что-то сказать, но из-за трубок и пересохшего горла не смог издать ни звука. Как же испугался! „Я ведь адвокат, — с ужасом подумал. — Мне голосом работать!“ Слава Богу, уже через десять минут голос прорезался.

Ко мне приходили едва ли не все врачи, которые работают в больнице. Хотели пожелать скорейшего выздоровления, а заодно посмотреть на счастливчика, который с такими ранениями чудом остался жив. Спасибо им большое за поддержку. И всем, кто первые несколько дней звонил жене — клиенты, коллеги, друзья и даже абсолютно незнакомые люди. Все хотели помочь.

— Позвонили даже из американской коллегии адвокатов, — добавила Ирина Чудовская.— И как они только узнали? Не просто помогли деньгами, даже командировали в Луганск своего сотрудника — луганчанина, эмигрировавшего в США еще в 1982 году. Он приходил к мужу в больницу, был у нас дома. Помогли адвокаты почти изо всех регионов Украины.

А киевский адвокат Евгений Солодко после случая с Игорем инициировал создание законопроекта, который бы разрешил адвокатам носить огнестрельное оружие. Как мы теперь шутим, это будет „закон Чудовского“.

Недавно Игоря выписали из больницы. Ему настоятельно рекомендовали постельный режим. Но оставаться дома не мог — вынужден был вместе с семьей и коллегами уехать в Киев.

— Люди, которым я доверяю, передали, что сепаратисты организовали за мной слежку, — объясняет адвокат. — Сказали, что для меня уже „заготовлено место в подвале СБУ“. С тех пор как боевики захватили здание луганского управления СБУ, там устроили настоящую пыточную. Моим коллегам начали угрожать. В том, что бандиты воплотят угрозы в жизнь, я не сомневался.

Ни для кого из луганчан не секрет, что городские власти с ними заодно. Я сам не раз открыто об этом говорил. И стал для местных чиновников костью в горле. Первые предупреждения начались еще во время Евромайдана. После того как в эфире одной телепередачи я призвал луганчан поддержать митингующих, мне сожгли машину. Я не остановился, продолжал собирать гуманитарную помощь и лично возил ее на столичный Майдан. Сейчас в Луганске меня хотят уничтожить. И не только меня.

— Недавно сепаратисты взяли в плен нашего коллегу, — говорит Ирина Чудовская. — Он тоже выступал против террористов. Уезжая, мы забрали из офиса только компьютеры и документы наших клиентов. В Киев добирались полями и лесами.

Сейчас сняли здесь квартиру, которая одновременно будет служить офисом. О том, что произошло с нашим имуществом, которое наживали годами, стараемся не думать. Главное — муж остался жив! Сегодня звонили родители — рассказывают, проснулись от выстрелов под окном. По улицам ходят вооруженные чеченцы и хватают всех, кого захотят. Милиционеры, как и прежде, не препятствуют…

Игорь Чудовский пришел на киевский Майдан и показал шрамы от практически смертельных ранений

Фото Сергея ДАЦЕНКО, «ФАКТЫ»